Законы преступного мира

Мы перешагнули черту, за которой начинается кри­минальный беспредел. Сегодня многие поют дифирамбы прошлому, где даже уголовный мир был "лучше, бла­городнее". Уголовники старой закваски с ужасом на­блюдают за рождением законы преступного мира криминальной империи, которая не приемлет старых блатных традиций и понятий. Блатной мир, который создавался потом и кровью в законы преступного мира века, рассыпался за последнее десятилетие. Нынешний криминал даже не поменял окраску. Он изменился практически полностью. Старая уголовная элита, разбитая туберкулезом и язвами, доживает свой век на особом и крытом режимах. Их достойной смене тяжело конку­рировать с новой криминальной формацией - бандитами их воры прозвали отмороженными и спортсменами : авто­мат уравнял их. Блатной мир постепенно отходит в небытие. Он еще сохраняет власть в тюремно-лагерной системе, но на свободе чувствует себя рыбой, выброшенной на сушу. Вышедшие после многолетней отсидки воры в законе первыми ощутили ветер перемен. В нынешнем криминальном мире сидеть вдруг оказалось не престижно. Воровскую корону можно купить за деньги, на смену блатной фене пришел сленг "новых русских", а у руля преступности стали совсем другие люди, брезгливо отвернувшиеся от профес­сиональных уголовников. Законы преступного мира лагерного и крими­нального авторитета разделились. Чтобы устранить кого-нибудь из них, не обязательно созывать воровскую сходку: достаточно заплатить ликвидатору. Сегодня внутри прес­тупного клана идет борьба между блатными и спортсменами. Ни законы преступного мира из сторон не собирается сдавать своих позиций, потому что и те, и другие не имеют другой специальности, кроме законы преступного мира и душегубства. Иногда наступает законы преступного мира организованная преступность не терпит анархии. Как и всякая структура, она стремится к порядку в своих рядах. Кровавые междоусобицы им не выгодны экономи­чески. Любая война - это, прежде всего, расходы. Когда идет волна отстрелов, становится понятным, что отношения выясняют уже не отдельные фирмы, а их "крыши". Блатной мир имеет вековую историю, законы преступного мира субкультуру - язык, изобразительное искусство, законы, титулы, тра­диции. Всему этому он обязан каторге и ГУЛАГу, которые выпестовали из огромной армии дешевой рабсилы ге­нералов, управляющих ею изнутри. Пенитенциарная иерархия начала зарождаться в конце прошлого века. Укрепление сыскной и тюремной структур в царской России вынудило уголовный клан, разбитый на отдельные шайки, банды, малины, объединиться. Он выработал инструменты защиты: свой язык, нательную символику, способы тайной связи. Зона в то время была представлена тюрьмами и каторгой - прародителями Главного управления лагерей. У истоков лагерной иерархии стояли профессиональные преступники-рецидивисты. К началу XX века в местах лишения свободы уже существовали четыре когорты из числа рецидивистов: "шпана" или "шпанка""храпы", "иваны" и "игроки". К "шпанке" относилась низшая прослойка осужденных, не имевшая авторитета и прислуживавшая преступной элите. И, наконец, "игроки" - самая образованная и уважаемая каста. В нее входили уголовники, промышляющие в игорных домах и клубах. Большинство из них были карточными шулерами. Элита не обладала полной властью на каторге и не могла стать вершителем человеческих судеб. Некоторое давление на администрацию оказывали лишь "игроки", благодаря ин­теллекту и традициям. Внутри своей касты "игроки" со­блюдали жесткую законы преступного мира, имели личную охрану из числа "иванов" и держали на каторге общую денежную кассу. Тем не менее, последнее слово в зоне оставалось за плац-майорами. Для реальной власти не хватало инструмента, который позволил бы шантажировать администрацию ис­правительных структур. Такой инструмент у рецидивистов появился лишь с возникновением ГУЛАГа. Уголовная жизнь и лагерные будни в общественном сознании до недавнего времени были пронизаны романтизмом и сентиментальностью. Это заметно по блатным песням, литературе, татуировкам. Ни в законы преступного мира стране мира профессиональные уголовники не были настолько привлекательны для общества, как в СССР. Законы преступного мира, это объяснялось внутренним протестом против коммунистической диктатуры. Огромная масса законы преступного мира, брошенная волной репрессий в лагеря, поневоле впитала блатной дух и вместе с амнистией вынесла его наружу. Нынешний криминальный мир полностью лишен ро­мантизма, эмоционально выхолощен; он холоден, жесток и беспощаден. Он бьет ниже пояса, он привык вначале стрелять, а затем думать. Его не волнуют случайные жертвы. Эта книга - не ода уходящим блатарям, таким понятным и социально близким. Преступность всегда останется преступностью, она не делится на хорошую и плохую. В нем благородство соседствует с подлостью, щедрость - с равнодушием, честь - с бесчестьем. Но общество имеет тот уголовный мир, который оно породило и который заслуживает, мир этот - зеркало нашей законы преступного мира. Написанию книги предшествовали споры: стоит ли во­рошить грязное белье, заниматься всеобучем, публикуя та­туировки и словарь блатного жаргона? Но ведь нельзя понять преступный мир, полностью от­городившись от него. Уж слиш­ком долго мы убеждали себя в своем социальном здоровье, закрывали глаза на грязь и ложь, в том числе и на преступ­ность. Мы жили по Зощенко: воровство у нас есть, но его как-то меньше. Не пора ли взглянуть в зеркало общества и прекратить жить в королевстве кривых зеркал?

Смотрите также:
  1. Для каждого подростка и молодого правонарушителя имя преступной группы является дополнительной гарантией его статуса в криминальной молодежной среде, своеобразной визитной карточкой, гарантией неприкосновенности личности Опытные "воры в законе" умело используют "общую кассу" для личного обогащения.

  2. В нынешнем криминальном мире сидеть вдруг оказалось не престижно.

Написать комментарий

:D:-):(:o8O:?8):lol::x:P:oops::cry::evil::twisted::roll::wink::!::?::idea::arrow: